«Экстремизм» по «человеческому признаку»?

Просмотров: 5937

13.12.2012 13:21

| Печать |

Никогда не задумывался о том, что живу в государстве, в котором не просто запрещают книги, но и скрывают судебные решения об экстремистской литературе.

Случайно узнав о том, что в мае этого года Заельцовский суд Новосибирска вынес решение о признании двухтомника Константина Петрова «Тайны управления человечеством или Тайны Глобализации» экстремистской литературой, был сильно удивлен. Как могла книга генерала Петрова попасть в список «запрещенной литературы»? Ведь «Тайны управления человечеством…» не что иное, как популярное изложение «Концепции общественной безопасности» (КОБы), которая еще в середине 90-х прошла парламентские слушания. Тогда КОБа была одобрена и рекомендована как руководство к действию для всех ветвей власти. Более того, в 2009 году лекции генерала военно-космических сил Петрова, по его же просьбе, были отданы на экспертизу в столичное экспертное бюро имени Сикорского. Оно признало, что никаких экстремистских материалов в них не содержится. В том же, 2009 году, прокурор Усть-Коксинского района Кемеровской области отказался от судебного иска о признании экстремистскими тех же лекций Петрова. В том же году генерала не стало… И, вот, уже после его смерти, в Новосибирске книгу признали «вредной». Значит ли это, что за три года у власти изменились приоритеты, что она стала бояться того, чего не боялась раньше? 

Впрочем, в этой ситуации важно другое. Судебного решения о признании книги экстремистской литературой нет в свободном доступе. Оно не размещено на сайте суда. Решения не предоставляют по запросу. (Я пробовал.) Его невозможно прочитать, а значит понять, чем книга Петрова может повредить умам россиян. Кстати, в минюстовском списке экстремистской литературы более полутора тысяч наименований. Это – книги, статьи, ролики, тексты песен и прочее, что судебная система определила опасным для сознания населения России.  

Новосибирские суды внесли немалый вклад в список Минюста. Семь судов области признавали что-либо печатное экстремистским, начиная с 2007 года. Из них Октябрьский суд пополнил список 9-ю, а Советский – 11-ю наименованиями. В Новосибирске, в основном, экстремистскими называли печатные тексты, связанные с межнациональными отношениями в «кавказской теме». Ни одного решения по этому поводу на сайтах судов отыскать нельзя. Почему? Ответ содержится в стандартном ответе председателя Заельцовского суда Нины Еременко нескольким десяткам людей, которые требовали выставить решение по двухтомнику Петрова в свободный доступ. Согласно закону № 262 «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в РФ», в сети Интернет не размещают информацию о ... Перечень запретов исчерпывающий. Любопытно, что Нина Еременко ссылается только на статью, где описан перечень, но не указывает, на какой пункт. К случаю с экстремистской литературой подходит только тот пункт, где говорится об информации, которая угрожает безопасности государства.

Несомненно, можно дискутировать о том, насколько опасны книги для государства. Открытый или негласный запрет на книги существовал всегда. Во многих странах. (Как тут не вспомнить Рэя Бредбери.) Беспокойство государства оправданно с точки зрения самого государства.

Несомненно, можно возмущаться, глядя в список Минюста. Это возмущение связано не с тем, что нам что-то запрещают. Оно связано с отношением государства к человеку. Ему не доверяют. Хотя образованный и воспитанный человек сам в состоянии отделить пропаганду от истины. Но государство думает за него. Решает за него. Да, ладно, пусть. В конце концов нельзя забывать и о том, что «дурные книги могут так же испортить нас, как и дурные товарищи». Но КАК государство запрещает книги?! 

В мае этого года, фактически в тайне от общественности, в Заельцовском суде Новосибирска состоялся, замечу, открытый процесс (это очень важно) по признанию двухтомника генерала Петрова экстремистской литературой. С заявлением в суд вышел районный прокурор Максим Разуваев. Через месяц решение вступило в законную силу. (Никто из тех, кто мог бы посчитать себя заинтересованным лицом и попытаться обжаловать решение, о нем не знал.) А еще через пять информация о решении суда, признавшего книгу «Тайны управления человечеством…» запрещенной к обороту, появилась в списке Минюста РФ. Даже члены незарегистрированной партии «Курсом Правды и Единения» (КПЕ), для которых двухтомник – настольная книга, узнали об этом эпохальном событии, посетив минюстовский сайт.

Путь двухтомника от легитимной до экстремистской литературы занял пять месяцев. Все это время общество находилось в неведении, что один из районных прокуроров необъятной России выступает в интересах неопределенного круга лиц. При этом, как окажется позже, «неопределенный круг лиц» никак нельзя персонифицировать. То есть этот «круг», в чьих интересах трудился районный прокурор, есть, но кто в него входит, сказать никто не может. Представитель КПЕ в Амурской области Роман Шаталов в ноябре этого года попытался восстановить срок для обжалования майского решения Заельцовского суда. Он утверждал, что запрет на двухтомник Петрова затрагивает его интересы. Но тщетно. Судья Заельцовского района Юлия Конева, она же принимала решение о запрете книги, отказалась восстановить срок.

Более двадцати человек на открытый процесс, где заявителем выступал Роман Шаталов, не пустили. Попытавшись спросить у Юлии Коневой, почему нарушен закон, автор этих строк даже не удостоился возможности задать вопрос. (Скоро Всероссийский съезд судей будет принимать новый проект «Кодекса судейской этики», где хорошим тоном признан комментарий судьи по поводу принятого им решения. Впрочем, этот пункт делегаты могут отвергнуть.) Что ж, в адрес председателя Заельцовского суда и судьи Коневой по этому поводу направлены официальные запросы.

Но главной остается проблема недоступности информации о запрете двухтомника генерала Петрова, как, впрочем, вообще судебных решений об экстремистской литературе. Да, книга может дурно повлиять на сознание человека. Но как судебное решение об экстремистской литературе может «изменить судьбу человека»? Логику суда в этом случае понять нельзя. Как и логику запрета на публикацию решения по результатам открытого судебного процесса. Кстати, мне удалось найти свежее решение Инзенского районного суда Ульяновской области о признании журналистской статьи экстремистской, которое размещено на сайте суда. Председатель Инзенского суда Валентина Пазухинская, отвечая на мой запрос о законности размещения решения в открытом доступе, сослалась на тот же закон, что председатель Заельцовского суда Нина Еременко, обосновывая отказ публиковать аналогичное решение. Ничего, что могло бы губительным образом сказаться на сознании человека, в решении Инзенского суда не содержится.

Судя по всему, в этот процесс пора вмешиваться Верховному суду РФ, высказав свое мнение о том, следует или нет размещать решения об экстремистской литературе в свободном доступе.

В обществе зреет протест против того, что прокуратура и суд относят вполне конкретных людей к «неопределенному кругу лиц». Многих из тех, кто приходит в суд за защитой своих прав, в судах воспринимают, как помеху, как «неопределенный круг лиц», которым не требуется уважение. (Юлия Конева даже не извинилась перед людьми, которые прождали решения в коридоре суда.) Мне, как журналисту, который часто бывает в районных судах, это очень знакомо. Неуважительное, порой, пренебрежительное отношение к людям судебной системы, угрожает безопасности государства не меньше, чем экстремистская литература. Поэтому судебной системе любого региона нашей страны необходимо скорейшим образом решать вопрос не ЧТО она делает, а КАК она это делает.

Юрий Тригубович
г.Новосибирск,
специально для «Новой газеты»